Тема:

Новые территории 8 часов назад

В Мариуполе больше не слышны взрывы и выстрелы

Во вторник в Кремле состоялась встреча Владимира Путина с главой Фонда поддержки участников СВО "Защитники Отечества" Анной Цивилёвой. Сотрудники Фонда уже год помогают бойцам и членам их семей собирать и восстанавливать документы, получать выплаты, медицинскую помощь, лекарства, продолжать образование и проходить профессиональное обучение, оказывают помощь в трудоустройстве. Отделения Фонда "Защитники Отечества" работают и в новых регионах, в том числе в Мариуполе.

Город освобожден от украинских неонацистов почти два года назад и теперь постепенно восстанавливается и заново отстраивается.

Водитель трамвая Елена Романенко вспоминает, как в 2014 году ее и коллег начали заставлять объявлять остановки по-украински. Весной 2014-го они уже катились в пропасть войны. Мариуполь восстал. Елена встречала "Русскую весну" под стук колес по старым рельсам. Пассажиры трепались о политике и толпами шли на митинги. Мирные протесты встречали огнем, демонстрантов расстреливали, город с кровью вырывали из русского мира.

"Настолько тяжело, когда ты должен отказаться от родного языка, когда ты должен обманывать и говорить о том, что вот вчера мой родной язык русский, а теперь мой родной язык украинский", — рассказывает учитель русского языка и литературы школы 59 г. Мариуполя Ирина Кораблева. По ее словам, были случаи, когда учителей наказывали вплоть до увольнения.

В школах ввели классные часы с участием бойцов "Правого сектора" (запрещена в РФ). Вооруженные автоматами, они читали лекции о пользе русофобии. Дети сидели молча. Историю, переписанную новой украинской властью, учителя преподавали по старым учебникам.

В феврале 2022–го в Мариуполь пришла война, отсрочка закончилась. Елена Романенко должна была выйти на работу. Но трамваи остановились, застигнутые врасплох артиллерийскими выстрелами. Российская армия была еще далеко, стреляли в своих – "азовцы". "Меня, мужа и соседку девочку и двух бабушек поставили на втором этаже и нами прикрывались украинские солдаты", — говорит начальник заготовительно-сварочного участка ООО МПП "Энергоспецмаш" Наталья Кулагина.

Подвал детской поликлиники для педиатра Савицкого стал домом на долгие два месяца. Тогда здесь все было по-другому. Глухие стены (окна вставили недавно), маленькая кухня с печкой, стол. Когда обстрелы стихали, он выносил во двор стул и принимал пациентов. В поликлинике оставались запасы лекарств – Савицкий раздавал их бесплатно. Аптеки, магазины – все было закрыто. А люди болели.

Власть в городе перешла к "Азову". Выезды были перекрыты, машины расстреливались. Тяжелой броней уничтожали многоэтажки, выбивая квартиру за квартирой, пока не рушился подъезд. 16 марта взорвали театр, где от обстрелов прятались люди.

"Был взрыв, — вспоминает режиссер Мариупольского театра драмы Наталья Гончарова. — Я помню я была между первым и вторым этажом, и в это время услышала какой-то очень широкий гулкий взрыв. Я открыла глаза и увидела, что передо мной как будто мельчайшая фракция, как будто бы это похоже на муку. Все очень, очень было белое". Крыша упала прямо на кресла зрительного зала. Обрушился фронтон, увенчанный статуями сталевара, шахтера и колхозницы.

Год назад театр начали восстанавливать строители из Петербурга. Новое здание стремительно поднимается вверх. Внешний облик останется прежним. Восстановят все – вплоть до лепнины. "Все, что невозможно было восстановить, все уже сломано и вывезено, — пояснил начальник участка Богдан Волненко. — Здание, которое осталось, можно восстановить, и мы его восстановим. Новое подведем к старому, и вместе со старым закроем крышей, и будем приступать к внутренней отделке. Сложного ничего нет".

Рабочих набирают из местных. Бывшие заводчане теперь восстанавливают разрушенный город. Мариуполь был крупнейшим донором бюджета Украины, расположенные здесь крупнейшие заводы и морской порт давали 7% ВВП страны. И были основным источником валютных поступлений – около 10%.

С началом СВО производство на Мариупольском металлургическом комбинате имени Ильича было переведено в режим горячей консервации. Впрочем, закончилось все полной остановкой, были погашены доменные печи. На заводе закрепились украинские военные – подразделения 36 бригады морской пехоты. Цеха и оборудование повреждены, но не так критично, как на "Азовстали".

Комбинат полного цикла: на предприятие заходила руда, выходил металл. Это целый город с остановками, железнодорожными путями, гигантскими зданиями. От проходной до аглофабрики, где меньше всего повреждений, мы едем 15 километров. По дороге встречаем сожженную украинскую технику – БТР с крестами, и уничтоженные в бетонную крошку цеха.

В Мариуполе пока работает один завод – "Энергоспецмаш". Здесь выпускают запчасти и оборудование для для металлургических комбинатов и угольных шахт. Разрушенные цеха начали восстанавливать почти сразу, как только закончились боевые действия. Пришлось с нуля осваивать новые рынки сбыта – европейские партнеры отвернулись. Российские связи еще очень хрупкие.

"Вначале мы сталкивались с тем, что с нами вообще не хотели работать, потому что для них это непризнанные территории, возможно они имеют капиталы за рубежом, и боятся попасть под санкции, — говорит гендиректор ООО МПП "Энергоспецмаш" Игорь Писарев. — Мы хотим вопрос задать россиянам – что отпугивает? Если мы — Россия?"

Мариуполь вернулся к мирной жизни. Здесь не слышны взрывы и выстрелы. Никто не прячется в подвалы, проспекты пестрят нарядными фасадами отстроенных домов, школ и поликлиник. На очередную премьеру Мариупольского драмтеатра субботним вечером стекается народ. На сцене филармонии артисты играют "Любовь с большим риском", комедия.

"На мой субъективный взгляд, нашему зрителю сейчас точно не нужны спектакли о войне. Мы слишком много видели, и видели мы это воочию. То есть нам не нужно напоминать, нам не нужно в это окунаться, — уверена Наталья Гончарова. — Ну, наверное, это некое горнило, в котором нужно было очиститься. Для нашего города, который в 2014-м остался на Украине, наверное, вот такая судьба должна была быть. Вот так все должно было произойти".

"Я никогда не задумывалась, люблю я свой город или не люблю. И когда я шла по аллее, и вот эти воронки, огромные, деревья все разбитые, дома разбитые. Я плачу, иду. Я в тот момент только поняла, что я люблю свой город", — рассказывает Елена Романенко.

В город возвращаются люди, уехавшие от войны и не выдержавшие долгой разлуки. Елена видит это, заглядывая в салон: пассажиров становится все больше. Трамвай спешит, распахивая двери. Мариуполь свободно дышит русской весной.