Москва26 сенВести.Актер, однажды оказавшийся в президентском кресле благодаря сериалу (Зеленского избрали как "Слугу народа"), и политическую арену превратил в съемочную площадку. В этом смысле Генассамблея ООН - один из самых известных павильонов. Съемки в одних и тех же декорациях проходят ежегодно. Только название теперь другое. Ну, скажем, "Слуга всех господ". Уже шесть сезонов отсняли.
Сезон первый. 2019-й. "Новичок".
Свежеизбранный президент Украины осенью того года на Генассамблее лично для меня, журналиста, постоянно работающего в ООН, появился в контрасте. В феврале с перекошенным от злобы и бессилия лицом наш микрофон "Россия" после вопроса о судьбе томившегося в киевских застенках коллеги Кирилла Вышинского выхватывал потерявший контроль над собой Порошенко. Делал он это возле лифта, на котором спустился от генсека. В мае станет понятно, что он обречен. Вылетел пробкой.
Улыбка, хорошая физическая форма, костюм и галстук по дипломатическому протоколу. Таким в уже осенних кулуарах впервые возник Зеленский. Разговоры о мире, уверенность в себе. Мы с Евгением Поповым записываем с ним интервью, в котором он спокойно говорит по-русски. Никакой языковой принципиальности, никакой "мовы". "Украина - новая страна, никому ничего не должна" - одна из самых ярких цитат звучала как своеобразный манифест. Однако уже в декабре он сорвет саммит "нормандской четверки", а потом сыграет, впервые сыграет за глобалистов, которые их разговор с Трампом будут использовать для первого импичмента Трампа. Слуга найдет новых хозяев, которые сделают ставку на войну.
Сезон второй. 2022-й. "Цвета хаки".
В 2022-м Зеленский уже совсем не похож на себя прежнего. Генассамблея ООН специально голосует, чтобы разрешить ему выступить дистанционно. Мы наблюдаем за ним не в кулуарах, а на видеозаписи. А там с зеленой футболкой новый "милитари-образ" (который в итоге будет видоизменен до наряда хрестоматийного "киношного" диктатора). Звезда фестивалей, парламентов и церемоний уже не вспоминал про "Украину, которая никому ничего не должна". Ведь те, кто сжимал его в объятиях, каждый день убеждали, что все должны ему.
Сезон третий. 2023–2024. "Первая трещина".
Приехал лично. Но зал уже не ломился. Зеленский вроде бы еще звезда, но уже и отчасти реквизит. Рассказы о "плане победы" перемежаются экскурсией на оружейный завод в Скрэнтоне, в колыбели Байдена, в разгар американской кампании. Республиканцы восприняли это как агитацию за Харрис и запомнили. У Трампа память хорошая. У нас, в принципе, тоже.
Мой тогдашний вопрос звучал просто: "Почему не хотите переговоров и что мешает поднять трубку и просто позвонить в Москву?" С Зеленским в коридоре, который соседствует с залом Совбеза, нас отделяло метра полтора. Не услышать он не мог. Не понять - тоже. Но окруженный охраной молча прошел мимо. В довольно мрачное, как выяснится всего-то через месяц с небольшим, для себя будущее. В начале ноября президентом США изберут Трампа.
Сезон четвертый. 2025-й. "Качели".
Трамп вернулся в Белый дом и начал с публичной порки. Публичная выволочка Зеленского за все - от серийного попрошайничества до отсутствия костюма - выглядит как приговор. Но глобалисты по горячим следам с гиканьем сорвут Анкоридж, а поддавшийся Трамп прямо во время Генассамблеи еще и напишет, что, мол, Украина может вернуть все. Он появился в Truth Social 23 сентября 2025 года - он появился через несколько минут после встречи с Зеленским. Вот только платить за такие радужные перспективы предлагалось уже не США, а Европе и НАТО.
Но Зеленский все равно ловил каждое слово. Потому что понял главное: теперь его судьба зависит не от аплодисментов, а от настроения одного человека. От Трампа, вслед за которым надо постоянно кивать и то и дело благодарить. Какое-то время это работало.
Сезон пятый. 2026-й. "На ракете".
И вот сентябрь 2026-го, где уже буквально все идет наперекосяк. Речь про Россию, где Зеленский вворачивает про "нулевого пациента", лишь подсвечивает его собственные медицинские проблемы. Странное поведение на встрече с Трампом (блуждающие глаза и дикая мимика) лишь усиливает разговоры о постыдных зависимостях. Содержание - еще хуже. "Пэтриоты" президент США так и не дал. Зато пригласил Путина на G20 в Майами и сообщил, что хотел бы закончить украинский конфликт до зимы.
Европейцы заканчивать вроде не хотят (даже разжигают), но финансы не безграничны. Урсула фон дер Ляйен смотрит на Зеленского уже без прежнего обожания. Деньги? Ну вот 90 миллиардов в кредит - вернете, когда Россия заплатит репарации. Русские активы, которые ему обещали, так и лежат замороженными. Полусумасшедшие ястребы из Конгресса с их "адскими санкциями", прежний французский президент и очередной премьер британский - все это похоже скорее на примонтированный смех в ситкоме, чем на живую реакцию. Да он и сам, профессиональный актер и продюсер, это понимает.
Я догоняю его у здания Генассамблеи в символичном месте. Позади идущего в толпе охраны Зеленского - скульптура "Нет насилию". Швед Карл Фредрик Рейтерсвард в память о друге Джоне Ленноне завязал дуло револьвера тугим узлом. Хорошая декорация, чтобы поговорить о мире, обсудить который можно, отправившись в Россию. Спрашиваю по-русски - на том самом языке, на котором он семь лет назад так охотно давал нам интервью: "Владимир Александрович, когда в Москву?" Сначала он делает вид, что не слышит. Потом, уже уходя, видимо, не справившись с эмоциями, бросает: "На ракете, б…".
Будет ли сезон шестой?
Вот, собственно, и вся эволюция. От "никому ничего не должна" - к ракете и мату. От обласканного героя, ради которого меняли регламент Генассамблеи, - к политику, которому в Брюсселе дают деньги под расписку, а в Вашингтоне - советы. А еще ему, кажется, очень страшно. Не зря же в интервью WSJ он сам сворачивает на тему того, что после войны хотел бы ходить по улицам свободно и не погибнуть от рук тех, кто считает его "куском дерьма".
Засилие обсценной лексики, кстати, - еще один явный признак не отсутствия воспитания, низкого интеллекта, а прежде всего сильного стресса. Особенно если на ней начинают разговаривать. Ну а уходить с матом из чужого дома (как поступил Зеленский в ООН) по всем традициям - это как хлопнуть дверью и оставить за собой "плохой след". Так обычно делают, если понимают, что уже никогда в этот дом не вернутся.
